11:18 

Дживс и вопрос верности

happyprince
Ни текст, ни перевод мне не принадлежат. Выкладываю по просьбе переводчика.

Название: Дживс и вопрос верности

Автор: weaselwoman13

Ссылка на оригинал: community.livejournal.com/indeedsir/137974.html

Рейтинг: все до неприличия невинно G (если только объятия и поцелуи двух мужчин не выводят вас из себя)

Пейринг: Дживс\Вустер

Переводчик: Lomi

Аннотация: День рождения Берти становится причиной шантажа, предательства и знакомства с творчеством Баха.


Я проснулся в утро моего дня рождения с ощущением явственного трепета в сердце. Луч солнца пробрался в комнату и весело затанцевал на вустеровской физиономии, словно обещая, что моя очередная годовщина будет вполне приятной. Я лежал так некоторое время, наслаждаясь его компанией, пока Дживс не просочился в комнату ровно две минуты спустя, вооруженный моей ежеутренней чашкой чаю.

- А, доброе утро, Дживс, любовь моя, - сказал я с большим чувством, принимая дымящуюся чашку. И я не думаю, что очень сильно ошибусь, если скажу, что Дживс был как никогда близок к настоящей улыбке в ответ на это оригинальное приветствие.

-Доброе утро, сэр, - сказал он, раздвигая шторы и впуская в комнату больше дружественного солнечного света.
Я любовался его величавой и красивой фигурой, пока он выбирал костюм для меня, и вдруг, по внезапной прихоти, решил вмешаться в выбор галстука.

-Дживс, - сказал я, в то время как он смахивал невидимые пылинки с рукава пиджака, - ты помнишь тот голубой галстук с узором в розовый горошек?

Он замер, не закончив движения, затем резко поднял глаза, чтобы встретиться со мной взглядом. Выражение его лица можно было бы назвать непроницаемо-дживсовским, за тем исключением, что окна его души недвусмысленно говорили мне – не играй со мной, Вустер. Другой бы и не заметил, но когда живешь с Дживсом под одной крышей так долго, как живу я, поневоле научишься улавливать эти маленькие сигналы. Ну что ж, как бы Дживс не был дорог мне, и как бы глубоко я не уважал его мнение в этих вопросах, я просто не мог позволить ему быть тираном в мой день рождения.

-Я хочу надеть его сегодня, если позволишь, - сказал я после короткой (и проваленной) попытки заставить его опустить взгляд. – Не мог бы ты достать его из гардероба?

-Вы совершенно уверены, сэр? – он неодобрительно поднял бровь, а в его голосе недвусмысленно угадывалось презрение.

-Дживс, - напомнил я ему, - наверное, ты забыл, какой сегодня день?
Выражение его лица немедленно смягчилось, как только я разыграл свою козырную карту.

-Нет, сэр, - сказал он. – Данное событие не ускользнуло из моей памяти. Поздравляю с днем рождения, сэр.

-Спасибо, Дживс. Но я надеюсь, что хотя бы в мой день рождения я буду признан достаточно умственно здравым, чтобы быть удостоенным доверия самостоятельно выбрать этот безобидный нашейный аксессуар?

-Несомненно, сэр. Я займусь его поисками незамедлительно.

И хотя он и произнес эти слова без видимого удовольствия, в дальнейшем он не сказал ни слова против моего выбора. Дживс - славный парень. Склонен принимать близко к сердцу всякие пустяки, но в некоторых случаях все же прислушивается к голосу здравого смысла.
Подкрепившись чаем и хорошей порцией ветчины с я., как всегда великолепно приготовленных Дживсом, я приступил к приведению себя в надлежащий праздничный вид для посещения клуба «Трутни». Пока я чистил перышки, Дживс исчез на мгновение в своей берлоге и появился вновь с пакетом вполне определенного вида. Знаете, меня совсем не удивил тот факт, что он начал дарить мне подарки. Я полагаю, он считал это вполне уместным делом с тех пор, как… ну, мы стали более близки, чем обычные господин и слуга, но все же я был тронут.

-Дживс! – воскликнул я. – Погоди, это для меня, правда?

-Для вас, сэр. Я надеюсь, вы примете его в знак моего восхищения.

-На самом деле, тебе не стоило, ты же понимаешь…

-Еще достаточно времени, чтобы вернуть данный предмет обратно, если вы желаете.

-Нет, нет, Дживс – я с благодарностью принимаю его, - я взял предложенную коробку и разорвал оберточную бумагу. Подняв крышку, я обозрел скрывавшиеся под ней сокровища: один шелковый галстук насыщенного оливкового цвета, украшенный крошечными львами, стоящими на задних лапах на темно-коричневом фоне, и две книги с нотными партитурами (я люблю время от времени пощекотать клавиши, поэтому всегда рад заполучить новые мелодии для разминки). Одна содержала в себе собрание свеженьких новинок от Кола Портера, другая же…

-Хмм, Дас Волх…э… - я попытался озвучить пару выглядевших устрашающе длинными немецких слов на обложке, но неожиданно почувствовал, что мой язык оказался словно завязан в морской узел вокруг фонарного столба. Понимаете, я ведь никогда не учил немецкий в школе. Я учил французский, но и тот, как оказалось, усвоил недостаточно хорошо – я однажды пытался заказать суп в ресторане, а все закончилось указанием направления в сторону ближайшего цветочного магазина…

-Das Wohltemperierte Klavier, сэр. Серия коротких прелюдий и фуг, написанных Иоганном Себастьяном Бахом с намерением удостовериться, что инструмент настроен достаточно хорошо.

- Надо же, это чертовски удобно! – я бросил взгляд на пианино, стоящее,
как и всегда, в углу комнаты. – Думаешь, наш тоже нуждается в настройке?

-Возможно, сэр, но, что гораздо важнее, я надеюсь, вы найдете их достойными и приятными образцами музыки, хотя их стиль и отличается от того, к которому вы привыкли.
Я сунул нос в ноты. Некоторые пассажи выглядели достаточно болезненными для исполнения, но Бертрам Вустер не из тех, кто морщится и ноет перед лицом жизненных невзгод.

-Спасибо, Дживс. – сказал я, откладывая подарки в сторону, чтобы обнять и поцеловать его. – Знаешь, я и в самом деле не заслуживаю тебя.

-Вынужден не согласиться с вами, сэр, - сказал он, поглаживая меня по спине.

-Я собираюсь наведаться в «Трутни», чтобы поймать там кое-кого из ребят и обсудить наши планы на вечер. Ох… - я почувствовал себя последней свиньей, потому что вдруг осознал, что даже на секунду не задумался о том, чтобы пригласить Дживса на эту вечеринку. Наверное, это кажется очень невежливым, но когда слуга вдруг становится другом, а потом, очень неожиданно, и возлюбленным, все вокруг так запутывается, что с трудом понимаешь, на каком свете находишься. – Дживс, ты же знаешь, что будешь желанным гостем на…

-Очень благородно с вашей стороны, сэр, но я думаю, что не смогу соответствовать такому чрезмерно энергичному обществу, как круг ваших знакомых. Как вы знаете, мои предпочтения лежат в области чтения познавательной литературы в тишине нашего дома.

-Вполне справедливое замечание, Дживс, - сказал я, совершенно не способный представить его распевающим веселую матросскую песню в бумажном колпаке (не то, чтобы это занятие было в списке планов на сегодняшний вечер, но никогда не знаешь, какой оборот может принять дело после нескольких бокалов). – Мы можем устроить наш собственный праздник позже, да? – добавил я и многозначительно подмигнул.

-Конечно, сэр, - ответил Дживс, отводя прядь волос с моего лба.

-Ну, я пошел, - сказал я, нежно потрепав его по плечу, - и когда я вернусь, мы распечатаем эту книжку и посмотрим, насколько хорошо Wohltemperierte наш Klavier, ага?

-Буду ждать с нетерпением, сэр.
В общем, я запрыгнул в «Трутни», где обнаружил Бинго Литтла и Уфи Проссера. Мы обсудили вечернее мероприятие, и я велел им объявить всем, что хочу быть окруженным самой лучшей компанией на моем маленьком празднестве. Бедняга Дживс считал себя «недостаточно энергичным», чтобы присутствовать на нем, и оказался как всегда прав, он и ребята из «Трутней» - люди совсем разного сорта. Дживс проводил свои дни рождения или дома, или в «Джуниор Ганимед», где всем присутствующим давно перевалило за три сотни лет, и где эти ребята собираются в кружок и говорят… ну, обо всем, о чем могут говорить личные слуги джентльменов, когда собираются вместе. Звучит не очень-то весело, как по мне, но в том-то все и дело, ведь Дживс - это не я (в самом деле – каким бы ужасно странным было наше совместное проживание, если бы он действительно был как я! Не считая всего остального – глажка была бы вечно незаконченным делом).
После веселой болтовни, выкуренной сигареты и нескольких оживленных спортивных игр в клубе, я вернулся в свою квартиру. Чувствуя себя умиротворенным, я взял книгу с нотами, которую Дживс подарил мне утром, и уселся за клавиши. Остановившись на одной мелодии, выглядевшей весьма интересно, я предпринял честную попытку достойно сыграть вещь, и хотя мои пальцы кое-где заплетались, я полагаю, получилось вполне прилично для первого раза. Вполне вероятно, что мое исполнение выманило Дживса из его берлоги, словно некое лесное создание, привлеченное звуками лиры Аполлона (я не ошибся, это ведь был Аполлон– тот парень, который мог очаровывать птичек на деревьях своим бренчанием? По-моему, я правильно назвал его имя. Он еще диск метал, кстати, если я правильно помню). В общем, как только впереди замаячил финальный аккорд фуги, я почувствовал большие сильные руки на своих плечах. Когда я отбарабанил последние ноты, он начал медленно и нежно массировать мускулы моей шеи и плеч. Дживс, конечно, эксперт по части массажа, как и по части всего остального, и вскоре я почувствовал, что все мое существо расслабленно растекается лужицей.

-О, Дживс. – пробормотал я, закрывая глаза и откидывая голову назад так, чтобы затылком прислониться к его груди.

-Прекрасное исполнение, сэр, - прошептал он.

-Очень лестная оценка для подобного исполнения, Дживс. Неплохая мелодия, да?

-В самом деле, сэр. Это конкретная прелюдия и фуга, которую вы выбрали для исполнения, одна из моих самых любимых.

-Да, и звучит знакомо, - глубокомысленно заметил я, тогда как он начал работать с моей спиной. – Переносит меня в дни моего детства, когда я гулял по этой земле с печеньем в руке и никаких забот не знал. Знаешь, думаю, я не ошибусь, если скажу, что мой отец когда-то играл эту мелодию.

-Вполне возможно, сэр. Эта подборка работ является стандартной для репертуара многих пианистов.

-Ну, тогда спасибо, что приобщил меня, Дживс, - сказал я. – Надеюсь, что со временем смогу исполнить эту вещь надлежащим образом, так чтобы не оскорблять твой слух своей неумелой игрой.
Честно говоря, музыка была действительно не в моем вкусе, но если она принесла мне бонус в виде массажа от Дживса, эта новая книжка в самом деле имела ценность.
Я провел приятный день дома в обществе Дживса, а в восемь вечера с любовью пожелал ему «пока-пока» и отправился на встречу с моими приятелями в «Трутни». Довольно оживленная толпа приветствовала меня, когда я прибыл: Боко, Уфи, Биффи, Чаффи, Таппи, Барми, Бинго, здесь был даже старина Стинкер. Я надеялся, что Гасси Финк-Ноттл тоже заглянет, так как чувствовал, что бедняге не помешает немного развеяться, но очевидно, у него было более важное свидание со своими тритонами, которое он не мог пропустить. Вообще-то планировалось ограничиться развлечениями в стенах «Трутней», но ближе к ночи мы все вывалились на улицу, решив сменить место действия на клуб «Пестрая устрица» и мои любимые турецкие бани. Где-то на полпути мы наткнулись на группу чертовски милых парней. Завязался разговор, откуда-то появились бутылки горячительного, и в итоге нам стало казаться, что мы знаем этих малых всю жизнь. Поскольку к этому времени я уже порядочно набрался, боюсь, что не могу сказать, где конкретно они присоединились к нашей шумной компании – только то, что они были очень достойными ребятами, не лезущими за словом в карман. Мне особенно понравился молодой парень в котелке, который сказал, что его зовут Джинджер Практвейт - он был очень дружески настроен, и совсем скоро мы болтали как старые приятели. Ну, приятели не в смысле, как Дамон и Пифий, как например мы с Бинго, но этих внезапно возникших приятельских чувств нам вполне хватило, чтобы смешать наши коктейли, если вы понимаете, о чем я.
Когда празднование дня рождения подошло к концу, и мы все начали разбредаться в соответствующих направлениях обратно в «дом, милый дом», Практвейт вскользь упомянул, что потратил все деньги, и ему придется совершить путешествие на расстояние, для преодоления которого обычно требуется что-нибудь четырехколесное, если он хочет добраться домой в этот вечер.

-О, ты только скажи, и я одолжу тебе пару фунтов, Джинджер, старина! – сказал я, хлопнув его по плечу.

-Нет, Берти, я не могу, - ответил он.

-Ладно, но не могу же я позволить такому хорошему парню, как ты, бродить по округе глубокой ночью. Так, пошли со мной, переночуешь в
моей квартире. Обещаю, тебе там будет вполне уютно.

-Ты уверен, Берти?- он посмотрел на меня с благодарностью. Его большие, широко распахнутые карие глаза были словно самой природой предназначены внушать безграничное доверие.

-Конечно, старина, – воскликнул я. – Нет ничего проще. Пошли.
В общем, мы направились к моему дому на Беркли Сквер, по дороге болтая о том-о сем – хотя большая часть разговора сохранилась в вустеровской памяти какими-то обрывками, как я уже говорил, мой разум был изрядно затуманен соком из виноградных лоз и прочей флоры. Когда мы вышли из лифта на нужном этаже, Джинджер удивил меня, обвив рукой мою талию и тяжело навалившись на меня, так что я даже немного смутился, пока не сообразил, что беднягу, вероятно, просто шатает от количества выпитого, поэтому я на всякий случай обхватил его рукой для поддержки. В конце концов, не хватало только, чтобы он растянулся на полу и сломал шею.
Я нащупал ключом замочную скважину.

-Теперь мы должны вести себя тихо, как церковные мыши, если можно, - сказал я несколько невнятным шепотом. – Не хочу будить моего слугу.

-Прости, кого?

-Моего слугу, Дживса. Он, должно быть уже спит. Не хочу нарушать его мирный сон.

-Дживс? Случайно не Реджинальд Дживс?

-Да, именно он, - ответил я, несмотря на то, что был поражен, как это со мной обычно бывает, самой идеей о том, что у Дживса есть еще и имя. Мне казалось странным называть его как-то иначе, чем просто Дживс – он был настолько самодостаточен, что, казалось, вполне мог обходиться одной фамилией, без дополнительного нагромождения имен как у остальных смертных. – Ты его знаешь?

-Наши пути пересекались, - ответил Джинджер. – Мы как-то вместе были… хм, в одном круизе.

-О, правда? Любит Дживс эти круизы. Всегда рвется в неведомые края. Лихой малый, правда?

-Да. Вполне согласен.

После тайной вылазки в кабинет, где Дживс держит запасное одеяло и прочие постельные принадлежности, я соорудил Джинджеру уютное гнездышко на диване. Не самое лучшее место для ночного отдыха, конечно, но у нас не было гостевой спальни, и я не думал, что кому-нибудь из нас понравится идея устроиться в одной кровати. В конце концов, я только что познакомился с этим парнем. Он казался намного ошарашенным, наблюдая за этими приготовлениями ко сну, но я напомнил ему, что это все же лучше, чем тащиться через весь город посреди ночи.

-Ну вот, вполне уютно, разве нет, Джинджер?

-Э.. да, Берти, спасибо.

-Отлично! Спокойной ночи, Джинджер.

-Спокойной ночи.
Я не устаю поражаться тому факту, что джентльмен такого ума и таланта как Дживс так долго терпит рядом с собой такого глупого молодого недотепу как я, но когда я щелкнул выключателем и предоставил Джинджера его чему-то-там, смею сказать, у меня появилась догадка, почему так получилось. Оказалось, что заботиться о другом парне – вовсе не неприятное занятие. Я добрался до своей спальни, стащил с себя несколько слоев одежды, и вдруг осознал, что в моем теперешнем состоянии я не имею ни малейшего понятия, где искать мою пижаму, так что я просто рухнул на матрас в полураздетом состоянии. В конце концов – разве это важно? Единственный человек, которому я попадаюсь на глаза прежде, чем часы пробьют полдень, это Дживс, а он не увидит ничего для себя нового. Я уверен, что он не будет слишком шокирован, даже если мне взбредет в голову вздремнуть au naturel.
На следующее утро меня разбудил Дживс, сунув мне под нос стакан Дарджилинга, и я чувствовал себя так, словно меня пропустили через отжим в стиральной машине. Группа чрезвычайно трудолюбивых кузнецов, казалось, прочно обосновалась внутри моей головы, используя мой мозг в качестве наковальни. Медленно ко мне возвращались воспоминания о том, почему я залился по самые брови вчера вечером, а также о храпящем на диване Джинджере.

-Дживс! –сказал я, немедленно ужаснувшись громкости собственного голоса, что только увеличило усердие парней внутри моего черепа. – Ох, Дживс. Я позволил одному парню остаться на ночь. Он в соседней комнате на диване… Ох, черт возьми, как же его зовут?

-Мистер Практвейт, сэр.

-Да, точно, Джинджер.

-Мистер Практвейт проснулся несколько часов назад, сэр. Я проводил его до дверей.

-Хорошо. Хорошо. Спасибо, Дживс. Извини за беспокойство. Просто хороший парень, которого я встретил прошлой ночью. Э… - я сощурился, удивляясь про себя, как я умудрился составить и вполне связно выговорить эти несколько предложений. Голова по -прежнему вела себя так, что я невольно задался вопросом, так ли уж ценен этот объект по сравнению с проблемами, которые он доставляет. – Теперь, когда с этим делом покончено, я полагаю, что ты не оставишь меня без своего чудесного эликсира, Дживс? Я чувствую себя так, словно мне пришла пора составлять завещание.

-Конечно, сэр, – сказал он и исчез на кухне. Именно тогда я заметил, что он расстроен. Это не было то самое «Конечно, сэр», сказанное верным и преданным камердинером, бросающимся на помощь своему больному господину. Не то, чтобы Дживс действительно бросался за чем бы то ни было, но вы же поняли, что я имею в виду. Это было «Конечно, сэр», сказанное человеком, который с большим удовольствием сказал бы «Я сделаю это, когда сочту нужным и не секундой ранее, Вустер. И почему бы тебе в конце концов не одеться?» Я внезапно вспомнил, что не был упакован как обычно в мою фиолетовую пижаму, и возможно именно это привело Дживса в такое негодование, ведь я нарушил все общепринятые нормы приличия, не одевшись вчера должным образом для сна. Не то, чтобы Дживсу не нравился вид недостаточно одетого Бертрама – ну или… я хочу сказать, почему он не должен ему нравиться? Я, конечно, не дотягиваю до звезд из фильмов в плане внешности, но все же не урод, и в любом случае обладаю неплохой фигурой, которую, кстати, мои знакомые описывали как «грациозную». Но в его понятии существует определенное время и место для подобного полуобнажения, и очевидно, сейчас не было ни того, ни другого. Я заставил себя встать и завернулся в халат, чтобы и дальше не оскорблять его чувства.
Он вновь появился со спасительным серебряным подносом, с которого я немедленно схватил стакан и поспешно опрокинул в рот его содержимое. Эта дживсовая смесь обладает одним любопытным внешним эффектом, заставляя глаза выпрыгивать из орбит до противоположной стены, и дым валить изо рта и ноздрей. Зато после этого чувствуешь себя свежим как весенний дождь.

-Спасибо, Дживс. – сказал я, стараясь выглядеть настолько благодарным, насколько я был в состоянии. – Извини за то, что утром тебе пришлось возиться с Джинджером. Он не доставил тебе больших хлопот?

-Нет, сэр.

-Ничего не сломал, я надеюсь?

-Нет, сэр.

-Отлично. Э… ну, теперь мне, наверное, следует одеться, да?

-Я в самом деле рекомендовал бы осуществить эту процедуру, сэр.
И прежде чем наклониться, чтобы забрать у меня пустой стакан, он окинул меня взглядом, способным заморозить чашку чая на прикроватном столике. Я уставился на его затылок, когда он повернулся, мои внутренности совершили странный кульбит в южном направлении. Во имя всего святого, что я такого сделал, что так расстроило его?
Я надел пиджак, любезно отложенный им для меня, и вскоре он вернулся, чтобы помочь мне с пуговицами.

-Дживс, - сказал я в попытке согреть холодные воды, в которые начал погружаться. – Я очень хотел бы надеть сегодня тот великолепный галстук, который ты мне подарил.

-Очень хорошо, сэр.

И ничего больше!
Полностью одетый, я последовал за ним на кухню, где он готовил мне нечто съедобное. Я положил руку на его плечо.

-Эээ… Дживс.
Он вдруг словно растворился под моей рукой и вновь возник уже в другом конце комнаты. Дело плохо.

-Я не хочу отвлекать тебя от твоих занятий, но.. ээ… я сделал что-то, что расстроило тебя?

-Сэр?

-Ты кажешься более сдержанным, чем обычно, Дживс. Холодным. Отстраненным. Я бы даже сказал, неприязненным.

-Я не осознавал этого, сэр. Приношу свои глубочайшие извинения.

-Перестань, Дживс. Все ты прекрасно осознавал! Видит Бог, я все-таки не полный слепец. Скажи мне, что произошло.

-Мне не на что жаловаться, сэр.

-Это из-за галстука? Я просто хотел одеть его один раз, понимаешь? И вообще он мне больше не нужен. Можешь выбросить его на все четыре
стороны, мне все равно. Этот мне нравится куда больше.

-Мне приятно слышать это, сэр.

-Если это не галстук, тогда что? Скажи же мне!

-При всем уважении, сэр, – сухо сказал Дживс. – Очень трудно работать на кухне такого размера, когда ее занимает другой человек.
Я смирился и вышел вон.
Дживс пребывал в таком настроении, что если бы он был тетей Делией, он бы уже начал швырять в мою голову вещи, и чем больше и тяжелее – тем лучше. Я считаю, что лучше оставлять людей в одиночестве, когда на них находит подобное затмение, и поэтому после того, как я утолил свой голод и вышел на улицу из дверей «Трутней», мое настроение было таким же низким и серым, как тучи, ползущие по небу. Я в одиночестве курил унылую сигарету, когда вдруг начал осознавать, что на меня в упор таращатся несколько пар чьих-то глаз.

-Берти? – воскликнул обладатель одной из вышеупомянутых пар.

-О, привет, Таппи… как поживаешь, Стинкер?

-Все еще отходишь после вчерашнего вечера? – предположил Таппи с ехидным смешком.

-Ты выглядишь совсем несчастным, Берти, - сказал Стинкер, высказав несколько больше сочувствия. Я полагаю, что как представитель церкви он способен лучше распознавать страдания, написанные на лице ближнего.

-Джинджер нормально добрался до дома? – спросил Таппи. – Чертовски благородно с твоей стороны было приютить его.

-Да, Дживс видел, как он уходил сегодня утром, - сказал я, не удержавшись от тяжелого вздоха.

-Скажи, Берти, - спросил Стинкер. – А почему ты такой мрачный?

-Это все Дживс, - ответил я. – Он внезапно превратился в глыбу льда по отношению ко мне, а я понятия не имею, что сделал неправильно.

-Наверное, дело в той шляпе с кисточкой. Ты был так глуп, что купил ее на прошлой неделе, - предположил Таппи.

-Мы избавились от нее вечность назад, Таппи. Дживс меня и на порог с ней не пустил.

-Ну, может быть, вы поссорились из-за одного из твоих галстуков?

-Мне приходит на ум только один, способный привести нас в состоянии войны, но я уже дал ему полную свободу делать с ним все, что ему
захочется.

-Ну, тогда у меня нет идей, - Таппи беспечно пожал плечами.
Я выдержал два дня Дживса в его новом состоянии – он не позволял мне ничего кроме поцелуев в щеку, и я чувствовал себя таким же несчастным и потерянным как брошенная собака. И только когда я получил письмо от Джинджера, луч света забрезжил во тьме и прояснил всю эту неприятную ситуацию. Я сидел за пианино, пытаясь усовершенствовать свое исполнение прелюдий и фуг для чего-то-там, в надежде, что мои искренние усилия заставят Дживса смягчиться, когда он принес мне конверт.

-Это письмо было доставлено утром, сэр, - сказал он, прохладно глядя на меня. – Кажется, его принесли лично и просунули под нашу дверь.
На конверте значилось «Бертраму Вустеру от Джинджера».

-Ох, ладно, давай посмотрим, - сказал я, принимая конверт. – Наверное, старина Джинджер решил поблагодарить меня за приятный вечер. Подожди-ка… Боже мой!
Я подскочил на месте, а затем почти упал на скамейку у пианино, послание от Джинджера поразило меня в самое сердце. Оно содержало отвратительные обвинения, вероломные угрозы, и пугающее количество орфографических ошибок.

-Что-то случилось, сэр?

-«Случилось» - это еще мягко сказано, Дживс, - в гневе я принялся мерить шагами комнату, сжимая письмо обеими руками. – Проклятый Джинджер шантажирует меня! Он говорит, что если я не передам ему тысячу фунтов немедленно, он начнет рассказывать всем о… моей несдержанности по отношению к нему в вечер моего дня рождения!

-В самом деле, сэр? –спросил Дживс так хладнокровно, словно я пожаловался на надоедливого мотылька в моей комнате. Однако я был слишком расстроен, чтобы обратить на это внимание, и продолжил изливать свое возмущение.

-Это же смешно! Да я его пальцем не тронул! Я вел себя, как истинный джентльмен! Вот уж в самом деле, окажи кому-нибудь услугу и тут же жди, что тебе это аукнется, да Дживс? Дживс?
С ним произошла удивительная перемена. Теперь он смотрел на меня в… ну, наверное, в полнейшем шоке, по его стандартам. Его брови были недоуменно приподняты, а губы вытянулись в линию, что свидетельствовало о явном замешательстве.

-Сэр, правильно ли я вас понял, что упомянутая несдержанность с вашей стороны никогда не имела места между вами и мистером Практвейтом?

-Конечно нет, Дживс! Я помню, как по-братски обхватил парня за плечо, с целью помешать ему свалиться и испортить ковер, но ничего больше!
Он шагнул вперед и опустил взгляд.

-В таком случае, сэр, я должен принести вам свои глубочайшие извинения за мое поведения в течение последних двух дней.

-Что ты имеешь в виду? – я ошарашено таращился на него, пока пришедшее озарение чуть не сшибло меня с ног. – Дживс, ты хочешь сказать,
что думал, что я и Джинджер?..
Я не смог заставить себя закончить фразу. Понимаете, довольно сложно обсуждать подобные вещи со своим камердинером. Я вечно не могу подобрать слов и только молча краснею.

-Да, сэр – ответил Дживс.

-Господи боже мой, Дживс!
Моя обида на его поведение быстро трансформировалась в сочувствие – я имею в виду, пока я жалел себя за то, что Дживс последние дни был необычайно холоден, все это время он думал, что я быстренько отодвинул его в сторону ради молодого парня, повстречавшегося мне во время прогулки по Лондону! Мое сердце рванулось навстречу бедняге, когда я представил, как он должен был страдать. Одним прыжком я преодолел разделявшее нас расстояние и обнял его. Он тоже прижал меня к себе, и мы держали друг друга так крепко, что я изумился, как мы могли нормально дышать.

-Дживс, в самом деле, что за дурацкая идея! Я надеялся, что ты знаешь меня лучше, и тебе и в голову не придет, что я могу пойти и …э…как бы это сказать… - я пытался подобрать слова, но обнаружил, что все они куда-то подевались, так что вместо этого я поцеловал его (это всегда казалось мне лучшим выходом из любого положения. И потом, вы видели губы моего камердинера? Они потрясающие). После окончания этой приятной процедуры, я попробовал еще раз:

-Для меня существуешь только ты, и ты знаешь это. Что, ради всего святого, заставило тебя думать иначе?

-Я предположил, что существует только одно объяснение присутствия мистера Практвейта в квартире, учитывая его профессию.

-Его профессию? Кто он, черт возьми, такой – массажист или что-то вроде того?

-Мистер Практвейт является, выражаясь на общепринятом жаргоне, мальчиком по вызову.
Я тупо смотрел на него.

-Что?
Он прочистил горло и с чувством собственного достоинства пояснил:

-Мистер Практвейт берет деньги с джентльменов в обмен на услуги интимного характера, сэр.

-О! – я переваривал свалившуюся на меня информацию еще мгновение, стараясь постичь, что Дживс пытается мне втолковать. – О, боже! Чтоб мне провалиться!

-Хотя лично я бы не рискнул употребить подобное выражение, сэр, ваше беспокойство вполне понятно.

-Подожди-ка, Дживс, - сказал я, испытующе гладя на него. – Неужели Джинждер успел выболтать тебе все это, когда уходил? Знаешь, трудно представить, что кто-то в здравом уме просыпается и говорит «Привет, я мальчик по вызову» первому же парню, который попадается ему на глаза.

-Да, сэр.

-Тогда как ты узнал про него все эти вещи? Уверен, что твои способности к дедукции не настолько впечатляющи, что ты можешь только глянуть на спящего на диване человека и заявить «Ага, это мальчик по вызову» или «Ну надо же, взломщик сейфов» или «Эврика! Проворовавшийся бухгалтер», к примеру.

-Нет, сэр.

-Потому что если это действительно так, то тебе прямая дорога в Скотленд-Ярд.

-В самом деле, сэр. Мистер Практвейт и я одно время работали в одном доме. Перед тем, как избрать текущий род занятий, его стремления лежали в области получения навыков личного слуги джентльмена. Однако он обнаружил, что неспособен соответствовать требуемым стандартам.
Последнее звучало очень правдоподобно.

-Ну и ну, Дживс, - сказал я. – Полагаю, что ты пошел своей дорогой, а он своей, да?

-Именно, сэр.

-Но почему он так поступил со мной? – воскликнул я, освободившись от его объятий, чтобы вновь возобновить беготню по комнате. – Я ведь проявил к нему доброту!

-Не сомневаюсь, что после вашего приглашения остаться на ночь, мистер Практвейт счел вас очередным клиентом, сэр, - веско сказал Дживс. – Когда же он обнаружил, что этот визит не принесет ему прибыли, он разозлился и решил получить от вас некоторую сумму иным путем.

-Неблагодарная свинья!

-Многие молодые люди подобного рода занятий также искусные шантажисты, сэр.

-Но я не хочу, чтобы он болтал о чем-то таком на каждом углу, даже если это не правда! - я уселся на подлокотник кресла, исследуя ужасное послание в поисках малейшей трещины в броне Джинджера. – С тех пор как Флоренс… хмм… застукала нас, я все время немного беспокоюсь, что теперь каждый может узнать, что ты и я… ну… - тут я заметил тень, пробежавшую по лицу Дживса, и быстро добавил. - Нет, я никогда не оставлю тебя, что бы ни случилось, Дживс. Мне не важно, что подумают люди. Они могут даже выгнать меня из страны с факелами и вилами наперевес, мне все равно. Я по прежнему без ума от тебя, и никто – ни зверь, ни человек, ни шантажист-Джинджер, ни Флоренс, не смогут поколебать мои чувства.

-Конечно, сэр. Когда наши души, прямые и сильные, встали
Друг к другу лицом, чтобы сблизиться, соприкоснуться,
И расправили крылья, и ясным огнем засверкали
Эти крылья на сгибах своих хитроумных конструкций,
Что нам эта земля может горького – скверного сделать
Чтобы крылья сломать? (перевод Якова Фельдмана)

-Э.. Да, Дживс. Именно так.

-Спасибо, сэр. Эти слова принадлежат Элизабет Баррет Браунинг, а не мне, но я полагаю, что…

-Да, да, Дживс. Но давай лучше сконцентрируемся на нашей текущей проблеме, хорошо?

-Как скажете, сэр.

-Это дело… - я поскреб подбородок беспокойными пальцами в той же манере, в какой раньше мял листок бумаги в руках. – Думаю, лучше всего отдать ему тысячу фунтов, Дживс. Списать расходы на неудачную игру в рулетку и выдержать тетушкины громы и молнии, за этим воспоследующие. Не знаю, что тут еще можно сделать.
Дживс осторожно кашлянул.

-Если только у тебя не появилась идея, Дживс, - добавил я, с отчаянной надеждой глядя на него.

-Я полагаю, - сказал он, всем своим видом напоминая мраморную статую какого-нибудь греческого философа, открывающего величайшие истины перед группой внимательных учеников, - что предоставление мистеру Практвейту требуемого денежного вознаграждения будет выглядеть признанием вашей вины.

-Кому какое дело, как это будет выглядеть, Дживс? Я просто хочу спасти свою шкуру!

-Конечно, сэр. Однако, я полагаю, что в ваших же интересах будет не проявлять чрезмерного беспокойства относительно предполагаемого разглашения мистером Практвейтом этой информации. В основе моей рекомендации лежит знание психологии личности, сэр.

-Ну конечно, - Дживс большой любитель психологии личности. Все его успешные махинации основываются на ней.

-Основной интерес шантажиста – это деньги, сэр. Мистер Практвейт не имеет намерения погубить вашу репутацию. Его интересует исключительно финансовая сторона вопроса. Вероятно, потому что вы довольно богаты или, возможно, потому что вы дали ему повод подозревать, что вы вовлечены в отношения, которые предпочитаете скрывать от широкой общественности, он счел вас идеальной мишенью, и полагает, что страх вынудит вас либо немедленно передать ему тысячу фунтов либо же попытаться договориться о меньшей сумме.

-О, правда? – я задумался, что же я такого мог наговорить Джинджеру, что выдал себя.

-Обнаружить свой страх – значит показать свою уязвимость. Напротив, если вы будете излучать безмятежность, давая тем самым понять мистеру Практвейту, что его обвинения настолько смехотворны, что даже не принимаются вами всерьез, я полагаю, это в значительной степени внесет смятение в его планы.
Я обдумал это.

-Ладно, это, кажется, не лишено смысла, Дживс – но вдруг он примется трепаться о всяком таком моим друзьям и родственникам?

-По моему мнению, вероятность крайне мала, сэр, и к тому же я сомневаюсь, что слова мистера Практвейта будут восприняты с большим доверием, нежели ваши, учитывая его криминальное прошлое.

-Наверное, ты прав, - вздохнул я. – но есть еще одна проблема. Откровенно говоря, из меня никудышный актер. Меня всего трясет, Дживс, и я смогу произвести впечатление, что я хладнокровный и уверенный в себе парень ничуть не больше, чем один из тритонов Гасси – впечатление, что он кандидат в премьер-министры. Уверен, вся наша затея с треском провалится.

-Мне жаль это слышать, сэр, но возможно есть другой путь.

-Правда, Дживс?

-Да, сэр. Возможно, я смогу говорить с мистером Практвейтом от вашего имени.

-Мне это определенно нравится. Тебя это не очень затруднит?

-Совсем нет, сэр.

-Ведь у тебя все наверняка получится куда лучше, чем у меня.

-Возможно, сэр.
Не могу сказать, что после подобного разговора я прыгал и порхал по квартире, как общеизвестное животное семейства кошачьих в комнате, полной шатающихся стульев. Я не мог сдержать дрожи, воображая Джинджера в окружении ребят из «Трутней» и полного набора моих тетушек, рассказывающего им истории об оргиях в моей спальне. Одна мысль об этом была подобна ледяному душу.
Дживс посоветовал мне не вступать пока в переговоры с Джинджером, утверждая, что тот со временем появится здесь собственной персоной, и как и всегда Дживс оказался прав. Когда прозвенел дверной звонок, Дживс пошел открывать, в то время как я спрятался в спальне. Я навострил уши, прислушиваясь к их разговору.

-Добрый день, мистер Практвейт, - послышался голос Дживса, ледяной как Северный полюс. Если бы я был Джинджером, я бы наверняка струхнул под неодобрительным взглядом, который, несомненно, последовал за этими словами.
Однако голос этого мерзавца прозвучал вполне дружелюбно, когда он ответил:

-А, Дживс. Добрый день, - защебетал он, – как приятно вновь тебя увидеть.
На это Дживс не ответил, и Джинджер продолжил:

-Берти дома?

-Минуту, сэр, - сказал он, и, оставив Джинджера ждать в коридоре, направился прямиком в комнату, где я прятался. Я схватился за ручку шкафа, полный решимости укрыться там, если придется.

-Дживс! – прошипел я. – Я думал, мы договорились, что это ты будешь вести с ним все разговоры! Я не могу сейчас выйти к нему!

-Нет, сэр. Я намеревался лишь создать впечатление, что я обсуждаю сложившуюся ситуацию с вами.

-А, понятно, - облегченно вздохнул я. - Для драматического эффекта, да?

-Именно, сэр.

-Ну, давай обсудим. Я могу как-то тебе помочь?

-Мне бы очень помогло, если бы смогли воспроизвести короткий иронический смех, сэр, достаточно громкий, чтобы его мог услышать мистер Практвейт.

-Конечно, Дживс, конечно! – я прочистил горло и постарался расхохотаться изо всех сил.

-Прекрасно, сэр. Сейчас я вернусь к мистеру Практвейту и сообщу ему, что вы не имеете намерения разговаривать с ним.

-Огромное спасибо, Дживс, - прошептал я ему вслед, когда он выходил из комнаты. Я хотел было спрятаться понадежнее до тех пор, пока мы опять не останемся в квартире одни и сможем открыто выразить свои чувства без риска быть прерванными, потому что моя любовь к нему только возрастала в те моменты, когда он вытаскивал меня из очередной передряги, но все же мне было интересно поглядеть, что он придумал на этот раз, так что я продолжил подслушивать.

-Ну? – услышал я голос Джинджера.

-Мистер Вустер не желает видеть вас, сэр.

-Почему это?

-Он просил передать вам, что ваше письмо его позабавило, так что он едва мог удержаться от смеха, читая его. Он опасается, что ваше дальнейшее общение послужит причиной взрыва такого веселья с его стороны, что это послужит угрозой целостности его ребер.

-В самом деле? – голос Джинджера звучал мрачно. Я сжал зубы, горячо надеясь, что он не побежит тут же в ближайший полицейский участок, и я не окажусь за решеткой.

-Ты сказал ему, что если он не отдаст мне то, что я просил, в самое ближайшее время, он об этом пожалеет?

-Мистер Вустер не имеет намерения передавать вам требуемую сумму денег, сэр, и надеется, что возвращение к вашему предыдущему роду занятий будет значительно более прибыльным.

-Я говорил серьезно, уж поверь мне. Тысяча фунтов – не такой уж большой ущерб для его банковского счета, я уверен, что мы сможем договориться.

-Я передам это мистеру Вустеру, сэр.
Он вернулся в мое укрытие.

-Не могли бы вы одолжить мне шиллинг, сэр?

-Да, Дживс, конечно, - ответил я, порывшись в карманах и выуживая искомый объект.

-Спасибо, сэр, - он просочился обратно.

-Мистер Вустер сказал, что он оценивает ваше молчание именно в такую сумму, сэр, - услышал я обращенную к Джинджеру фразу.

-Ну хорошо! – голос Джинджера теперь был злым.--Дживс, скажи ему, что это еще не конец! Я дам ему еще один шанс передать мне деньги, в противном случае я не отвечаю за последствия!

-Очень хорошо, сэр. Доброго вам дня.

-Всего хорошего!
И дверь щелкнув, закрылась.
Я покинул мое укрытие и печально поглядел на Дживса.

-Мы ходим по очень тонкому льду, правда?

-Вряд ли, сэр. Я не думаю, что угроза мистера Практвейта чего-то стоит.

-Как ты можешь быть так уверен?

-Существует множество сигналов тела, которые указывают на ложь, сэр. Совершенно очевидно, что мистер Практвейт продемонстрировал свою неуверенность, отказываясь смотреть мне в глаза во время нашего разговора.

-Понятно. Ну, тебе лучше знать, Дживс.

-Спасибо, сэр. Вы будете сегодня обедать дома?

-Ээээ… да, Дживс. Думаю, да, – я был не в восторге от идеи пойти куда-нибудь, где я мог наткнуться на Джинджера.
Я надеялся, что пройдет довольно много времени, прежде чем Джинджер наберется наглости вновь показаться здесь, но на следующий же день, как кошка из известной песенки, он вернулся, и мы опять прошли по тому же кругу – я прятался в своей комнате, Дживс выпроваживал Джинджера. Было довольно занимательно слушать все эти умные выражения, автором которых, предполагалось, был я сам – невольно представлялось, будто я кто-то вроде того парня, Оскара Уайльда. И опять Джинджер заявил, что еще вернется.

-Но это его последний шанс, - добавил он.
Отлично. В прошлый раз тоже предполагалось, что шанс окажется последним. Я начинал понимать, что имел в виду Дживс. Джинджер лаял, но не кусал. Наконец я стал чувствовать некоторое облегчение.
На следующий вечер Дживса не было дома – какие-то дела в Джуниор Ганимед. Не имею ни малейшего понятия, чем они там занимаются, все случая не предоставлялось спросить. В любом случае, я сидел один в квартире и отчаянно скучал, пытаясь продраться сквозь сюжетные перипетии романа, который я одолжил у Дживса, когда вдруг услышал, как прозвенел дверной звонок. Вы, наверное, подумаете, что я мгновенно понял, что это был Джинджер, но моей первой мыслью было, что это Барми или еще кто-то из «трутней» ищет меня. Полагаю, что я принял желаемое за действительное. С надеждой перекинуться словечком хоть с каким-то человеческим существом, я поспешил открыть дверь.
И был жестоко разочарован, наткнувшись на хитроватую физиономию Джинджера, стоявшего на пороге.
Со времени получения проклятого письма мой страх перед Джинджером значительно уменьшился, поэтому я не ударился в панику и даже не побледнел, как непременно бы поступил еще пару дней назад. «Просто сохраняй спокойствие, Вустер» - сказал я себе -«И разговаривай с мерзавцем так, как он того заслуживает». Я укрепил свой дух и одарил Джинджера самым презрительным взглядом, на какой оказался способен.
На мгновение – пока не пригляделся к нему повнимательнее.
Джинджер выглядел совсем не так, каким я его запомнил. Его глаза запали и покраснели, что еще больше подчеркивалось темными кругами вокруг них, и в их глубине мне вдруг почудилось (хотя я наверняка ошибался) отчаяние. Казалось, он стал тоньше и меньше – пиджак был мятым и висел на нем как на вешалке. Он не был похож на коварного злодея, каким я его себе рисовал в воображении – скорее уж на маленького лесного зверька, которого вырвали из естественной среды обитания, лишили еды и воды, побили, а затем бросили у моего порога.

-Привет, Практвейт, - сказал я немного холодно, но без надлежащего металла в голосе.

-Берти, –приветствовал он меня без намека на улыбку. – Дживса сегодня нет дома, правда?

-Нет. Сегодня я вынужден отражать твои атаки лично. А что? Хочешь что-то ему сказать?

-Нет, Берти, я хочу поговорить с тобой, и ты знаешь это, - он искоса глянул на меня. – Мне нужны эти деньги и нужны сегодня же!

-Ха! – сказал я, возмущенно взмахнув рукой.

-Что ты сказал?

-Я сказал – ха! Не могу поверить, что ты все еще рассчитываешь на это!

-Очень рассчитываю!

-Ну, тогда ты просто тратишь свое время, старина, - сказал я сурово. – Ты ничего от меня не получишь, Практвейт! Мне нечего скрывать,
Практвейт, и я считаю, ты выбрал очень глупый способ зарабатывать на жизнь, Практвейт, и я предупреждаю тебя раз и навсегда, что ничего у тебя не выйдет, так что лучше бы тебе уйти и вернуться к своим… ну, ты знаешь. К своим обычным занятиям.
После моей обличительной речи Джинджер несколько мгновений пялился на меня, а потом вдруг дневной свет померк у меня в глазах, потому что он неожиданно и грубо схватил меня за плечи своими грязными лапами, жалобно глядя мне в лицо, словно мелкий хищник, чьи конечности угодили в капкан.

-Послушай, если ты попытаешься применить силу… - начал я.

-Берти! – воскликнул Джинджер, взгляд его желто-карих глаз не отрывался от моих. – Мне нужны деньги! Я полностью на мели! Я не ел уже два дня!
Я поглядел на него с удивлением.

-Действительно? Ну, ты должен был сразу об этом сказать! А что с твоим… хммм, с другим источником дохода?
Он отпустил меня и застенчиво уперся взглядом в пол. – Так получилось, что сейчас никто не нуждается в моих услугах.

-Наверняка, все они бояться, что ты будешь их потом шантажировать, - не удержался я от колкости.

-Прости меня, Берти! Я в отчаянном положении!
Это было слишком. Мерзавец или нет, а я терпеть не мог, когда человек страдает, поэтому я отправился за чековой книжкой.

-Слушай, мне правда очень жаль, что все так получилось, - сказал я. – И хотя я не собираюсь давать тебе тысячу фунтов, я не могу отпустить тебя в холодную ночь без гроша за душой. У нас, Вустеров, есть код чести, знаешь ли.
Я немного поразмыслил, и принялся выписывать чек.

-Сотня фунтов тебя устроит?

-О, Берти, это так мило с твоей стороны, после всех неприятностей, которые я тебе доставил!

-Забудь, старина, - я никогда не был злопамятен. Обида, казалось, всегда уплывала из моих рук, как скользкая рыба.

-Можешь выписать мне сто двадцать пять фунтов? Мои туфли совсем прохудились

-Только если ты, наконец, оставишь меня в покое!

-Конечно, Берти!

-Для тебя – мистер Вустер.
В итоге я выпроводил его с чеком, и хоть и был слегка недоволен тем, что все-таки пришлось пожертвовать ему определенную сумму, все же я был чрезвычайно горд, что оказался в состоянии выдворить этого негодяя из своей жизни. Два дня назад я боялся даже встретиться с ним взглядом, а сейчас я изгнал его из своих владений, словно какой-нибудь султан или кто-то там еще. Мой дом снова стал моей крепостью.
Дживс вернулся поздно вечером, и я с гордостью выложил ему всю историю. Когда я дошел до момента, когда Бертраму пришлось проявить великодушную щедрость, он посмотрел на меня с подозрением, словно я только что сообщил, что решил свести дружбу с Родериком Сподом.

-Вы действительно поступили очень великодушно, вручив мистеру Практвейту эту сумму, – скептически сказал Дживс.

-Но он же был в беде, Дживс! Он не ел два дня! Парень был просто в отчаянии

-Не думаю, сэр.

-Что ты имеешь в виду под этим «не думаю»? Ты ведь его даже не видел.

-Видел, сэр.

-Да?

-Когда вечером я направлялся в Джуниор Ганимед, я заметил, как мистер Практвейт со своим спутником покидал отель Риц, сэр. Они оба смеялись и выглядели вполне довольными жизнью.
Я был порядком озадачен.

-Но он же сказал мне, что голодает и нуждается, Дживс!
Я беспомощно взглянул на него и заметил, что угол его рта чуть заметно дернулся.

-Что такое? Ты видишь во всем этом что-то смешное?

-Прошу прощения, сэр. Я просто нахожу степень находчивости мистера Практвейта весьма занимательной.

-Находчивости?

-Да, сэр. Осознав, что вас не запугать пустыми угрозами, он решил воззвать к вашему благородству и щедрости - качествам, которые он, вне всякого сомнения, разглядел в вас во время вашего совместного времяпровождения.

-Ты имеешь в виду – что все это было надувательством?

-Конечно, сэр. Мистер Практвейт, несомненно, отличный актер.

-Черт возьми! – упав на диван, я понял, что должна была чувствовать троянская армия, когда какой-нибудь умный парень из ее рядов первым огляделся и сказал: «Постойте-ка! Эта лошадь, кажется, нашпигована греками в пугающем количестве!» Не так-то приятно ощущать себя облапошенным.

-Должен сказать, Дживс, что я чувствую себя полным идиотом.

-Сэр, вы избавили себя от мистера Практвейта с помощью гораздо меньшей суммы, чем изначально запрашивалось.

-Ты прав, Дживс. Надо во всем находить светлые стороны, знаешь ли.

Я поднялся на ноги и перехватил взгляд Дживса. Он выглядел вполне довольным, и я даже подозревал, хоть он и не показывал этого, что для него успешное завершение этого неприятного дела было таким же облегчением, как и для меня.
Я быстро поцеловал его, но прежде чем успел отстранился, он положил ладонь на мою щеку, притянул мою голову ближе к нему и поцеловал еще раз – и на этот раз это был один из тех длинных поцелуев, когда в конечном итоге приходится отрываться друг от друга, чтобы глотнуть кислорода. Я счастливо вздохнул и улыбнулся ему.

-Нальешь мне чего-нибудь покрепче, Дживс? Думаю, что должен отпраздновать исчезновение этого прохвоста из моей жизни.

-Конечно, сэр.

-И сделай еще один коктейль для себя, если хочешь. А затем я хочу, чтобы ты сел и немного расслабился, а я собираюсь еще раз попробовать сыграть ту прелюдию и фугу из Хорошо-Настроенного чего-то-там, которая тебе так нравится. Я, знаешь ли, практиковался и хочу, чтобы ты оценил, как она звучит теперь.

-Буду ждать этого с большим нетерпением, сэр.

-А потом мы наверное можем прогуляться в мою спальню, где я намереваюсь доказать тебе, что я полностью твой и не собираюсь подходить к типам вроде Джинджера ближе чем на десять шагов, - я одарил его своей самой соблазнительной улыбкой.
Дживс ответил своей обычной еще-немного-и-почти-улыбкой и сказал:

-Конечно, сэр, - с несомненно самодовольными интонациями в голосе.
Затем он выскользнул из комнаты, чтобы приготовить коктейли.
Предвкушая приятный вечер, ожидающий меня, я молча радовался, что Д. вновь вернулся к своим з.., и все было в порядке в моем д. Внезапно на меня нахлынули туманные воспоминания о том вечере, когда я познакомился с Джинджером, и я вдруг осознал одну чрезвычайно странную вещь, поразившую меня так, что когда Дживс вернулся, я решил прояснить этот вопрос.

-Дживс! Я только что вспомнил одну вещь, которую сказал мне Джинджер.

-В самом деле, сэр?

-Да. Я спросил, откуда он тебя знает, и он сказал, что вы познакомились во время какого-то круиза, - я не мог скрыть обвинительных интонаций в своем голосе. – Ваши истории не совпадают, Дживс!
Правая бровь Дживса дрогнула, как кошачий ус, и он посмотрел прямо мне в глаза.

-Уверен, вы не будете ставить слова такого убежденного лжеца, как мистер Практвейт, выше моих, сэр. Нет сомнений, что он ему неприятно осознавать свое фиаско на поприще личного слуги джентльмена, и он не стремится посвящать окружающих в эту историю.
И хотя он ни разу не запнулся, и не отводил глаза от моих ни на секунду, я все же не мог отделаться от мысли, что он не полностью откровенен со мной. Наверное, сработала вустеровская интуиция. Тем не менее, игра в гляделки подошла к концу, и Дживс ее выиграл.

-Ну и славно, - легко сказал я.

Все равно, подумал я, это ведь уже давняя история, и к тому же сейчас нам было так уютно вдвоем – что толку будить спящую собаку? Абсолютно бессмысленно! Эту псину я собирался оставить дрыхнуть так долго, как она того пожелает.
Я улыбнулся моему возлюбленному камердинеру, предложил ему сесть, сам уселся за пианино и начал играть.

@темы: Lomi, Дживс/Вустер, перевод с английского, фик

URL
Комментарии
2010-01-05 в 12:16 

Donna Lu
и, что это, боже? снова в душе сквозняк. Не стану взрослой. никак.
Прелестная история!

2010-01-05 в 21:55 

Плащеносная ящерица
Ура! Ломи предстала в ипостаси переводчика! Замечательный дебют))

2010-01-11 в 10:33 

Паранойя Либестуд
- А это точно поможет? - спросила царевна Несмеяна, осторожно затягиваясь...
спасибо вам за посредничество... история чудесная, а перевод выполнен просто волшебно!

2010-01-26 в 01:04 

atenas
Молчаливая галлюцинация
Очаровательно :)

2010-02-08 в 15:08 

то ли ангел, то ли бес
Не смотря на то, что я уже некоторое время ползаю по дайрям, почему-то мне только сейчас стукнула в голову светлая мысль, что здесь я тоже могу оставлять комментарии :kto: Исправляюсь и хочу сказать всем большое спасибо, что прочитали :white: И особое огромное спасибо happyprince за размещение перевода у себя :red: :white:

   

Save that, to die, I leave my love alone

главная